Познакомившись в последних трех лекциях с основным факти-. ческим материалом относительно внутреннего торможения условных рефлексов, нетрудно усмотреть его огромную биологическую цен- ность. Этим торможением постоянно корригируется и совершен- ствуется сигнализационная деятельность больших полушарий. Если в данное время сигнальный, условный раздражитель повторно не сопровождается его, так сказать, безусловно-деловым раздражи- телем, он, как убыточный для организма, напрасно вызывающий трату энергии, на некоторое, как правило короткое, время лишается своего физиологического действия. Если условно действующий агент; постоянно встречаясь с посторонним агентом, при условии“ этой встречи не сопровождается безусловным раздражителем, он также теряет свое условное значение, но только в этой комбинации, ВНУТРЕННЕЕ ТОРМОЖЕНИЕ: ЗАПАЗДЫВАНИЕ. 9 являясь в таком случае как бы другим агентом. Наконец, если условный агент всегда только в определенный момент после свозго возникновения совпадает с действием безусловного раздражителя, то он при более или менее отдаленно предшествующих этому раздражителю моментах делается недействительным, проявляясь все в большей и большей степени по мере приближения к моменту присоединения безусловного раздражителя. Таким образом постоянно обнаруживается высшее приспособление организма к окружающим условиям, или, иначе говоря, более тонкоз и точное уравновеши- вание организма с внешней средой.
Как. ясно из всего сообщенного в последних трех лекциях, мы при угасании, условном торможении и запаздывании имеем перэд собою образование условных тормозных рефлексов. Но эти же рефлексы могут быть получены еще и при совсем иной процедуре. Если с условными тормозными раздражителями одновременно на короткие сроки, но повторно, применять индифферентные агенты, то эти последние приобретают также тормозную функцию, т.-е. и сами по себе вызывают в коре процесс торможения. Этот предмет специально разработан д-ром Ю. В. Фольбортом. Прежде всего он делал посторонние агенты индифферентными, повторяя их перед животным.до тех пор, пока они не тормозили положительных услов- ных рефлексов и не растормаживали тормозных. Затем он присо- единял их повторно на короткие сроки то к угашенным условным рефлексам, то к тормозным комбинациям. И после этого испыты- вал их действие, комбинируя их с положительными условными раздражителями, при чем и обнаруживал тэперь их роль как условных тормозов. Так как эти испытания естественно приходи- лось ради точности результата повторять не один. раз, то-д-р Фоль- борт один раз сопровождал пробную комбинацию безусловным рефлексом, в другой —нет, делая это строго поочередно, чтобы при этих повторных испытаниях комбинация не получила, благодаря им постоянного определенного, то положительного, то отрицатель- ного характера. Но, конечно, басспорнее и убедительнее была та форма опыта, когда он при испытаниях всегда сопровождал пробную комбинацию безусловным рефлексом, а торможение, несмотря на это, при повторении опыта, всз же резко выступало.
Вот эти опыты. На собаке применялся натуральный условный пищзвой рефлекс. Когда он угашался до нуля, к нему повторно \присоединялись сделанные раньшз индифферентными удары метро- нома, а затем при продолжении этого приема изредка пробовалась комбинация ударов метронома с положительным пищевым И. П. Павлов. ы 8 ШЕСТАЯ ЛЕКЦИЯ.
рефлексом, при чем она всякий раз подкреплялась безусловным рефлексом, едой.
Опыт 5ЛХ 1911 после 10 совпадений ударов метронома с угашенным условным рефлексом.
Опыт 1/ХП 1911 после 19 совпадений ударов метронома с угашенным условным рефлексом.
11 ч. 30’ Мяси. порошок на расстоянии...47 Тоже + удары метронома. „= 57 Мясн. порошок на расстоянии...25 2 Товеь о. а оч хфнч Опыт 18/Х1 1911 после 26 совпадений ударов метронома с угашенным условным рефлексом. 10 ч. 35’ Мяен, порошок на расстоянии...9 47 Тоже -|- удары метронома...11, 00 Мясн. порошок на расстоянии...Совершенно очевидно, что ранее индифферентные удары метро- нома после совместных применений с угашенным условным ре- флексом стали тормозящим агентом. Эти новые, иначе полученные условные тормозные раздражители оказались по своим свойствам вполне сходными с теми, которые мы изучили при угасании, услов- ном торможении и запаздывании.
Новый условный тормоз, полученный с одним угашенным рефлек- сом, действует тормозящим образом и на другие условные рефлексы.
Опыт 15/1 1911. Другая собака. Удары метронома:@рвпадали с угашенным условным натуральным пищевым рефлексом, а затем применялись вместе с ‘запахом камфоры, искусственным условным пищевым раздражителем. ` Время Раздражитель в течение 30" НЕ Зч. 8 Запах камфоры...5 40’ Запах камфоры -- удары метронома. 1 55’ Запах камфоры.. #2 = 1 Новый условный тормоз обнаруживает свое действие не только при одновременном применении с положительными условными раздра- жителями, но и последовательно.
ВНУТРЕННЕЕ ТОРМОЖЕНИЕ: ЗАПАЗДЫВАНИЕ. 99 При его повторзниях он также суммируется, и, наконец, его действие может растормаживаться.
Итак оказывается: если индифферентные раздражения попа- дают в кору полушарий, когда там господствует тормозной про- цесс, то они хронически получают тормозную функцию, т.-е., когда ими потом действуют на деятельные пункты коры, они производят в них тормозный процесс.
Однако не следует упускать из виду и то, что, как увидим это потом, посторонние раздражители, повторяемые без дальнейших последствий для животного, также и сами по себе одни ведут к раз- витию в коре тормозного состояния. Следовательно, при только-что сообщенных опытах должно быть специально проконтролировано, насколько главное участие в образовании новых условных тормозов принимают именно условные тормозные рефлексы, с которыми ловторно сочетаются посторонние раздражители.
НИНЕ НАУМА НАНА СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
Анализаторная и синтетическая работа больших полушарий: а) первоначальный обобщенный характер условных раздражителей; 6) дифференцировочное торможение.
Мм. за.
Условно-рефлекторные агенты, беспрерывно сигнализируя непо- средственно благоприятствующие и разрушающие влияния окру- жающей среды на организм, представляют собою, в соответствии с бесконечным разнообразием и колебаниями этой среды, как мель- чайшие ее элементы,. так и то большие, то меньшие комплексы из них. А это делается возможным только благодаря тому, что нервная система обладает как механизмами, выделяющими для организма из сложности среды отдельные ее элементы, анализа- торными механизмами, так и механизмами, соединяющими, сливаю- щими эти элементы для организма в те или другие комплексы, механизмами синтезирующими. Следовательно, при изучении высшей нервной деятельности, деятельности коры больших полушарий, мы должны встретиться с явлениями как нервного анализа, так и нервного синтеза, к чему мы теперь и приступаем.
Нервная система есть всегда больший или меньший комплекс анализаторных приборов, анализаторов. Оптический отдел выделяет для организма световые колебания, акустический — воздушные и т. д. В свою очередь каждый из этих отделов дробит соответ- ствующую часть внешнего мира на длиннейший ряд отдельных элементов. К каждому данному анализатору должны быть отнесены как периферические приборы всевозможных афферентных нервов (трансформаторы, из которых каждый превращает в нервный про- цесс только определенную энергию), так и сами нервы и клеточные мозговые концы. Понятно отсюда, в анализаторной работе участвуют как те, так и другие. Более низкие степени анализа свойственны, конечно, и низшим отделам нервной системы (как и мало диффе- АНАЛИЗАТОРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МОЗГА. 7107 ренцированному веществу животных без нервной системы), так как и организм, лишенный головного мозга, отвечает очень различно на различные по месту, интенсивности и качеству раздражения его внешней поверхности. Но высший, тончайший анализ, на который способно данное животное, достигается только при помощи больших полушарий. Ясно, что усложнение связи животного организма с окру- жающим миром, все более разнообразное и более точное приспо- собление к внешним обстоятельствам, более совершенное уравно- вешивание организмом внешней среды идет параллельно и нераз- рывно с этою все прогрессирующею анализаторною деятельностью нервной системы. В современной физиологии изучение анализатор- ной деятельности составляет очень важный отдел так называемой физиологии органов чувств. Этот отдел представляет огромный интерес и является в высшей степени содержательным, отчасти может-быть потому, что имел привилегию привлекать на себя вни- мание величайших физиологов, с гениальным Гельмголь цем во главе. В этом отделе заложены прочные основы учения о дея- тельности как периферических конструкций анализаторов, так и их мозговых концов, указаны многие пределы анализаторной работы (у человека), разъяснены некоторые сложные случаи этой работы и установлены многие частные правила, относящиеся к ней. Но весь этот огромный материал, субъективный в преобладающей его части, построен на наших ощущениях, этих наипростейших субъективных сигналах объективных отношений организма к внешнему миру.
И это составляет значительный недостаток этого отдела. Из него таким образом исключено все то, что должно дать физиологии изучение - разнообразия и развития анализаторной деятельности в животном царстве, вследствие этого же он лишен неисчерпаемой возможности экспериментирования, которая предоставляется нату- ралисту опытами над животными. Условные рефлексы все изучение важнейшей функции нервной системы, функции анализа, отдают в руки чистой физиологии, строго объективного, естественно-научного исследования. С помощью их удобно и точно определяются объем и предел анализаторной деятельности разных животных и выясняются законы этой деятельности. Пусть сейчас физиология анализаторов у животных еще очень скудна, но ее содержание все растет и будет расти все стремительнее, расширяя и углубляя наше знание о связи животного организма с окружающим миром.
Как можно объективно, по видимым реакциям, изучать у живот- ных работу анализаторов? Как уже мною кратко указывалось раньше, всякое колебание окружающей животное среды влечет 102 СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
за собою, если не специальные — врожденные или приобретенные реакции, —то вообще ориентировочную реакцию, исследовательский рефлекс. Он, этот рефлекс, прежде всего и может служить для констатирования того, в какой степени нервная система данного животного может отличать одно от другого. Если, положим, в обыч- ной среде между прочим имеется определенный звук — тон, то хотя бы и небольшое изменение его высоты должно вызвать и вызывает на себя ориентировочную реакцию, т.-е. определенную постановку животным в отношении звука ушного аппарата. То же самое отно- сится и ко всяческим другим раздражениям, простым или сложным, при малейших их изменениях. Но это, конечно, только в том слу- чае, если анализаторный аппарат, по тонкости его конструкции, в состоянии отметить происшедшую разницу. В таком случае иссле- довательский рефлекс может служить для исследования или сам по себе, или, вследствие влияния его на условные рефлексы как чувствительнейшие реакции организма, в виде то тормозящего, то растормаживающего агента. Однако, как постоянный прием для изучения анализаторной деятельности нервной системы, исследова- тельский рефлекс, несмотря на его часто большую чувствительность,. представляет и много неудобств. Из них главнейшее то, что он при некоторых слабых раздражениях очень летуч, не может быть повто- ряемым, чем существенно и подрывается возможность точного иссле- дования с его помощью. Наоборот, условный рефлекс сам по себе является объектом в высшей степени соответствующим цели дан- ного изучения. Из строго определенного внешнего агента мы де- лаем обыкновенною процедурою специальный условный раздражи- тель и повторениями постоянно утверждаем его в этой роли, а бли- жайший к нему по интенсивности, месту или качеству агент, при известных условиях, может оставаться постоянно без этой специаль- ной реакции и таким образом легко и точно отличается от него. Так как в действительности анализаторная и синтетическая работы нервной системы постоянно встречаются и перемежаются между собою и так как анализу внешних агентов помощью услов- ных рефлексов предшествует особенное нервное явление — род синтетической деятельности, то им прежде всего и приходится заняться. Всякий агент, из которого мы образуем наш условный раздра- житель, непременно носит обобщенный характер. Если нами сделан условный раздражитель, напр., из тона в 1000 колебаний в секунду, то вместе с тем и многие другие тоны сами по себе получают то же условное действие, но тем меньшее, чем они дальше отстоят по высоте вверх и вниз от тона в 1000 колебаний. Точно так же, ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ ОБОБЩЕНИЕ УСЛОВНЫХ РЕФЛЕКСОВ. 103 если механическое раздражение определенного места кожи сделано условным раздражителем, то такое же действие принадлежит затем и другим местам кожи, но тем в меньшем размере, чем дальше эти места находятся от места, на котором вырабатывался условный рефлекс. Тот же факт повторяется при раздражениях других рецеп- торных поверхностей.
Описанное явление с биологической точки зрения можно было бы понять так, что натуральные агенты большею частью не ока- зываются строго определенными, а скорее постоянно колеблются, меняются, переходя из одной родственной группы в другую. Возьмем для примера звук, издаваемый животным-врагом и являющийся условным раздражителем оборонительного рефлекса животного- жертвы. Он может представлять большие колебания в высоте, силе и составе в зависимости от напряжения голосового аппарата, расстояния, резонанса.
Дальше мы встретились при условных рефлексах и с таким обобщением, жизненное значение которого не было ясно прямо. До сих пор мы имели дело с обобщением условного раздражителя в пределах одного анализатора. В случае условных следовых раздра- жителей, именно образованных на поздних следах (1—3 минуты спустя после прекращения действия внешнего агента), приходится видеть совсем другое. Здесь имеется обобщение универсальное. Мы образовали условный раздражитель, напр., из механического раздражения кожи, а у нас в качестве условных раздражителей начинают действовать агенты, относящиеся к другим анализаторам и не стоящие ни в какой связи с нашим рефлексом. я позволю себе остановить ваше вниманиз на этом факте несколько дольше, так как он представляет интерес в отношении его разработки.
Вот примеры этих опытов из работы д-ра Гроссмана. Механическое раздражение кожи — условный следовой (через 1’ по прекращении наличного раздражения), кислотный раздражитель. Холод и тон применяются впервые.
Слюноотделение в каплях за 1-ю, 2-ю Время Раздражитель в течение 1’ и след. минуты, Примечания считая © начала раздражения. Е 11. 38 Механ. раздрам. кожи...- оз Подкреплено вливается. 22 о4 Подкрепление.
104 СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
2ч. 3" Межан, раздраж. кожи. оэ Подкреплено вли- 45° То же. 0 15 занием кислоты. 54 Тон...0 34620 Кислота не вли- 3, 2 Меха 00 вается 10° То же. от Подкрепление 27 То же. об Мы видим, что и агенты, никогда ранее не приходившие в связь с действием кислоты, оказались возбудителями кислотной реакции. Мы замечаем вместе с тем, что впервые испробованные агенты действуют, так сказать, по той же программе, как и выра- ботанный следовой раздражитель, т.-е. действуют не во время их применения, а лишь главным или исключительным образом по прекращении их. Это, конечно, с самого начала склоняет к заклю- чению, что здесь дело идет об обобщенных рефлексах, воспроизво- дящихся по типу выработанного следового рефлекса. Но этого, разумеется, мало, и, в виду особенности факта, мы подвергли его многократному переисследованию. Принимая во внимание все нам известное относительно условных рефлексов, мы сделали еще два возможных предположения о ближайшем механизме разбираемого факта.
Так как следовой рефлекс на поздних следах образуется не- легко и ‘нескоро, то нельзя при этом не заметить, что до образо- вания его очень быстро образуются условные рефлексы на` посто- ронние раздражения, случайно совпадающие с применением без- условного раздражителя и идущие от самого экспериментатора. Здесь эта. опасность особенно велика. Поэтому эти опыты были повторены с удалением экспериментатора из комнаты, где находи- лась собака, и в новом специальном здании, чем было совершенно исключено всякое несознаваемое влияние со стороны эксперимента- тора на животное. Но чрезвычайная обобщенность следового рефлекса оставалась и тут.
Второе предположение, казавшееся тоже очень серьезным, состояло в следующем. При образовании у собак в лаборатории в первый раз условных рефлексов соответствующий рефлекс прежде всего образуется на всю лабораторную обстановку, начиная с при- вода животного в экспериментальную комнату. Его можно было бы назвать условным обстановочным рефлексом. Затем, когда на- чинает появляться рефлекс на применяемый нами специальный агент, элементы обстановки постепенно теряют свое условное ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ ОБОБЩЕНИЕ УСЛОВНЫХ РЕФЛЕКСОВ. 105 действие, очевидно, в силу развития на них постепенно внутреннего торможения. Но это торможение, особенно на первых порах, легко и растормаживается всякими экстренными посторонними агентами. Вот относящийся сюда яркий случай, очень обычный в лаборатории при старой манере, когда экспериментатор и собака находились вместе в одной комнате. Обстановочный рефлекс, когда слюна текла сама по себэ, миновал, и теперь на фоне покоя железы имеется свой специальный условный рефлекс. Но стоило мне впервые зайти в комнату для ознакомления с положением дела, и у собаки наступало сплошное слюноотделение, пока я находился в комнате. Я, как экстренный посторонний агент, растормаживал уже затормо- женный обстановочный рефлекс. Мы предположили: не есть ли то, что мы называем обобщенным следовым рефлексом, растормажи- вание обстановочного рефлекса? Но при проверке и это предпо- ложение должно было отпасть. Во-первых, чрезвычайное обобщение следовых раздражителей получается легко и постоянно у собак, у которых обстановочный рефлекс давно и прочно заторможен, так что почти невозможно его растормозить. Во-вторых, нами проконтро- лировано особенно строго следующее обстоятельство. Прошу при- помнить, что при запаздывании растормаживание недеятельной фазы рефлекса происходило сейчас же, как пускался в ход посторонний раздражитель. Здесь же при следовых рефлексах этот раздражитель производит эффект почти всегда только по его прекращении. Если, настаивая на рассматриваемом предположении, принимать, что в данном случае все посторонние раздражители действуют почему-то всегда как очень сильные и потому не растормаживают, а еще глубже при их наличии тормозят обстановочный рефлекс (как это было и на запаздывающих рефлексах) и растормаживают только своими следами как слабеющим раздражением, то против такого изысканного допущения говорит следующее. При повторном приме- нении сильных посторонних раздражителей их тормозящее действие непременно постепенно падает, и затем наступает фаза, когда они прямо только растормаживают, что мы и видели при запаздывающих рефлексах. Здесь при следовых рефлексах этого никогда не наблю- дается, и многократно повторяющиеся посторонние раздражители производят слюноотделение только после. Наконец, в-третьих, при следовых рефлексах после применения посторонних раздражителей, которые, конечно, не сопровождаются безусловным раздражителем, специальный условный раздражитель временно слабеет, даже дохо- дит до нуля, что было бы совершенно непонятно, если бы здесь дело шло о растормаживании обстановочного рефлекса. При 706 СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
обобщенном следовом рефлексе это ослабление — простой случай угасания после неподкрепления.
Итак, при образовании условных рефлексов сперва опреде- ленный безусловный рефлекс связывается с массою внешних агентов, один раз благодаря внешней среде, действующей на организм совокупностью ее элементов (условный синтетический обстановочный рефлекс), в другой раз в силу свойств самой нервной системы, когда внешнему элементарному агенту ею придается в качестве условного раздражителя обобщенный в большей или меньшей мере характер. Этот факт, как это частью ясно прямо, частью указано выше, конечно, оправдывается действительными отношениями живот- ного к окружающему миру. Но вместе с.тем очевидно, что тот же факт должен иметь лишь ограниченное и временное значение, когда при известных условиях возможная, приблизительная и общая связь заменяется действительною, точною и специальною связью.
Как же происходит специализация условного раздражителя, дифференцирование внешних агентов? Сначала нам казалось, что здесь имеют место два приема. Один— это только многократное повторение определенного агента в качестве условного раздражи- теля с постоянным подкреплением безусловным рефлексом. Другой — перемежающееся противопоставление этого определенного постоянно подкрепляемого условного раздражителя с близким к нему агентом, но не сопровождаемым безусловным раздражителем. В настоящее время мы склонны признавать действительность только последнего приема. С одной стороны, мы имели условные раздражители, повто- ренные тысячекратно и которые, однако, через это одно не делались узко специализированными. С другой — было замечено, что даже однократная проба каждого из родственных агентов без подкрепления и редко (через дни и даже недели) такое же применение ряда их (каждый раз все нового агента), при повторениях с подкреплением | условного раздражителя, ведет однако к специализированию его. Поэтому мы постоянно пользовались вторым приемом, во всяком случае несравнимо скорее приводящим к цели дифференцировки агентов. вы Мы прежде всего остановимся на подробностях хода процесса дифференцировки внешних агентов при помощи условных рефлексов. Здесь на первом месте должен быть поставлен факт, казавшийся нам в свое время довольно долго загадочным. Когда по образо- вании условного раздражителя из определенного внешнего агента впервые пробуют другие агенты, очень близкие к нему, напр., тоны соседние с тоном-раздражителем, то часто получают от них условно- 'ДИФФЕРЕНЦИРОВОЧНОЕ ТОРМОЖЕНИЕ. 107 рефлекторный эффект резко меньший, чем от выработанного условного раздражителя. Но затем при повторении их, конечно без подкрепле- ния, этот эффект быстро увеличивается, сравнивается с эффектом условного раздражителя и потом только постепенно начинает уменьшаться, доходя до нуля. Значит, сперва разница между агентами обнаруживается сразу, затем она почему-то исчезает и потом только снова медленно проявляется и наконец становится абсолютной. Как понимать этот факт? Мы воспользовались для этого сходством теперешнего факта с подобным фактом, ранее нами анализированным. Вы помните, что при выработке условного торможения наблюдалось такое же отношение. Когда впервые к условному раздражителю присоединяется новый агент, из кото- рого потом образуется условный тормоз, то эта комбинация производит или эффект, свойственный условному раздражителю, но небольшой, или даже остается совсем бездейственной. Но затем, несмотря на то, что мы не сопровождаем ее безусловным рефлексом, она снова и быстро обнаруживает полное действие и лишь позже при повторении постепенно доходит до нуля. При‘ условном тормо- жении мы объяснили — и с полным правом — это явление так, что прибавочный агент вызвал ориентировочную реакцию и сейчас же затормозил действие условного раздражителя, с которым он был комбинирован. При повторении ориентировочная реакции быстро ослабела, и действие условного {раздражителя временно восстанови- лось, чтобы при дальнейших повторениях постепенно быть подавленным развивающимся торможением. Мы и здесь можем представить себе, что сходственные агенты, близкие к агенту условного рефлекса, как бы состоят из двух частей (как и тормозная комбинация) — одной общей с условным раздражителем и другой особенной. Первая есть причина того, что близкие агенты действуют подобно выработанному условному раздражителю. Вторая сначала дает основание для времен- ного ориентировочного рефлекса, тормозящего условный эффект пер- вой части сейчас же и тоже на: время, а впоследствии — для развития постоянной и окончательной дифференцировки близких агентов.
Веским доказательством основательности нашего понимания явлений при начале выработки дифференцировок является то, что сходство в ходе этих явлений при развитии условного торможения и выработке дифференцировок простирается и на имеющиеся здесь подробности. Как в том, так и в другом случае встречаются одни и те же вариации. Первоначальное ослабление эффекта близких агентов иногда переходит на короткое время в усиление сравни- тельно с тем, что дает специальный условный раздражитель, чтобы 708 СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
затем, вернувшись к величине последнего, постепенно уменьшаясь, кончить нулем. Всего чаще за первоначальным ослаблением следует возврат почти к величине условного раздражителя, а потом развитие дифференцировки. Редко без этих колебаний прямо наступает посте- пенное образование дифференцировки, и наконец тоже редок непосредственный переход первоначального ослаблении в прогрес- сирующее дифференцирование.
Так как при описании выработки условного торможения я только сообщил об этих вариациях, не приводя протоколов опытов, то здесь могу с избытком пополнить этот дефект. В данном случае (работа д-ра М. М. Губергрица) эти вариации были просле- жены в особенности систематично.
Ряд опытов на одном и том же животном. Вертящийся в напра- влении часовой стрелки предмет — условный пищевой раздражитель, тот же предмет, вертящийся в обратном направлении, — диффе- ренцируемый агент.
(Слюноотделение Время Раздражитель в течение 30’ 6 ес Аля Примечания, Зч. 13 В напр. час. стрелки...27 Подкреплено. 25’ В обратном направлении...- 7 Не подкреплено.
1+. 4 В напр. чае. стрелки...24 Подкреплено. 24 То ще рии. Зла 26 То же. 25' Ро Я воем вв 27 То же. 34’ В обратном направлении.. 10 Не подкреплено. 2ч. 45 В обратном направлении...12 Не подкреплено.
21.4 В напр. чае. стрелки...19 Подкреплено. 3, 33° В обратном направлении. 34 Не подкреплено Зч. 7 В обратн. направлении.. 26 Не подкреплено. 28’ В напр. чае. стрелки...26 Подкреплено.
'ДИФФЕРЕНЦИРОВОЧНОЕ ТОРМОЖЕНИЕ. 109 Затем с колебаниями дифференцируемый агент доходит до нуля действия.
Другая собака. Тон — условный пищевой раздражитель, полу- тон к нему — дифференцируемый агент.
10’ Не подкреплено. 12 ч.5 Подкреплено. 1,5 То же.
12’ Не подкреплено.
18' Подкреплено.
Далее с колебаниями к 13-му повторению полутон доходит до нуля.
Та же собака, что в первых опытах. Появление круга перед глазами собаки — условный пищевой раздражитель, появление ква- драта той же площади и того же освещения — дифференцируемый агент.
. 16 Подкреплено. 7 Не подкреплено.
32 Затем с колебаниями к 11-му повторению квадрат становится совершенно недействительным.
При дифференцировании внешних агентов с помощью услов- ных рефлексов, пбмимо только-что описанной начальной стадии, свя- занной с вмешательством ориентировочной реакции, привлекли к себе наше \внимание и многие другие стороны этого нервного акта.
Можно, конечно, производить сразу дифференцировку агента. условного рефлекса от очень близкого к нему агента, но можно 710 СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
подходить к ней и постепенно, начиная сперва с дифференцирова- ния отдаленных агентов. Оказалась огромная разница между одним и другим приемом. Мы начинаем прямо с дифференцирования близ- кого агента — и, несмотря на значительное число противопоставле- ний одного агента другому, искомой разницы не оказывается. Пере- ходим тогда к более отдаленным и потом постепенно возвращаемся к первому — теперь через этапы достигнутых дифференцировок на более отдаленных агентах, в целом в гораздо более короткий срок, имеем дифференцировку близкого агента.
Вот подтверждающие это отношение опыты тоже из работы д-ра Губергрица.
У одной собаки условным пищевым раздражителем был сделан круг из белой бумаги, появляющийся ` перед ее глазами. От него начали дифференцировать круг из бумаги № 10 Циммермановской коллекции (50 оттенков от белого цвета до черного), 75 применений серого круга (№ 10), конечно, без подкрепления, — чередуя с белым, постоянно подкрепляемым, не обнаружили ни малейших признаков различения. Тогда перешли к дифференцированию сперва более темного круга № 35, а затем последовательно к кругу № 25 и кругу № 15 и наконец вернулись к кругу № 10. Теперь полная дифференцировка была достигнута всего через 20 применений этих кругов, считая все вместе.
То же было проделано на другой собаке также с глазным раз- дражителем, но в другой форме. У нее условным пищевым раздра- жителем был сделан также круг, но от него дифференцировался эллипсис, из той же бумаги и той же величины площади с отно- шением полуосей 8:9. Несмотря на 70 противопоставлений, ника- кой дифференцировки не обнаружилось. Когда же после этого стали последовательно дифференцировать эллипсисы, начиная с эллипсиса с отношением осей 4:5 и переходя через эллипсисы 5:6, 6:7, 7:8, то уже после 18 применений, считая вместе все, потребовавшиеся для выработки каждой из них, имелась дифференцировка и на эллипсис 8:9.
Если мы производим дифференцировку постепенно, начиная с отдаленных агентов, то скоро бросается в глаза следующий по- стоянный факт. При выработке дифференцировки, хотя бы и грубой, в первый раз дело идет довольно медленно, особенно если настаи- вать на абсолютном дифференцировании, т.-е. на нуле эффекта”от дифференцируемого агента. Но раз на первом этапе достигнута абсолютная или близкая к ней дифференцировка, то процедура даль- нейшего дифференцирования происходит все быстрее, но опять 'ДИФФЕРЕНЦИРОВОЧНОЕ ТОРМОЖЕНИЕ. ШИ несколько замедляясь, когда мы подходим к предельной дифферен- цировке.
Привожу один из примеров.
У собаки белый круг определенного диаметра — условный пи- щевой раздражитель, тоже белые эллипсисы, той же величины пло- щади с разными отношениями их полуосей — дифференцируемые агенты. Первый эллипсис с отношением полуосей 4:5 потребовал 24 применений (34 деления за 30” действия дал круг, а эллипсис только 4). При следующем эллипсисе 5:6 нужно было только трое- кратное его повторение, чтобы его эффект оказался даже нуле- вым. То же и со следующим эллипсисом 6:7.
Ход дифференцирования, выключая начальную фазу с участием ориентировочной реакции, может быть как почти прямолинейным, так и волнообразным, и последнее не всегда может быть отнесено к каким-нибудь внешним нарушающим влияниям, а вероятно свя- зано с колебаниями внутреннего нервного процесса, при этом про- исходящего.
Прочность дифференцировки определяется по длине проме- жутка между применением условного раздражителя и отдифферен- цированного от него агента, при котором дифференцировка сохра- няется. Сначала эти промежутки короткие, затем они становятся все длиннее. Мы считали дифференцировку окончательно вырабо- танной, когда она через сутки, поставленная в опыте на первом месте, т.-е. ранее других раздражений, оказывалась полною.
Наши неоднократно повторенные опыты показали, что диффе- ренцирование различных агентов достигает приблизительно одина- ковых степеней, применяются ли они в качестве положительных условных раздражителей или отрицательных, тормозных.
Так же могут и в той же степени дифференцироваться агенты и в роли следовых условных раздражителей, при чем тоже как положительных, так и тормозных.
Вот пример дифференцировки следового тормоза из работы д-ра Фролова.
У собаки удары метронома (104 удара в минуту) — условный пищевой раздражитель. Определенный тон органной трубы (№ 16), продолжавшийся 15” и прекращаемый за минуту до ударов метро- нома, — условный тормоз. Такая же комбинация ударов метронома с соседним тоном той же органной трубы (№ 15) сопровождалась безусловным рефлексом и стала положительным раздражителем. Дифференцировка следового тормоза представилась в следующем виде.
112 СЕДЬМАЯ ЛЕКЦИЯ.
Опыт 25ЛУ 1922.
Время раздражитель а ны их. житла