Демократия в Америке (II)
- Язык:
- английский
- Статус:
- Полное произведение
- Авторство:
- Написано автором
- Состояние текста:
- Шумов сканирования не обнаружено (автоматическая оценка всего текста, вручную не проверялась)
- Объём:
- ~150 000 слов · 711 фрагментов
Процитировать это произведение
- APAАлексис де Токвиль. (n.d.). Democracy in America — Volume 2 [Демократия в Америке (II)]. Digital reproduction: SigPhi. https://sigphiai.com/ru/works/alexis-de-tocqueville/democracy-in-america-volume-2
- MLAАлексис де Токвиль. Democracy in America — Volume 2 [Демократия в Америке (II)]. Digital reproduction, SigPhi, https://sigphiai.com/ru/works/alexis-de-tocqueville/democracy-in-america-volume-2.
- ChicagoАлексис де Токвиль. Democracy in America — Volume 2 [Демократия в Америке (II)]. Digital reproduction, SigPhi. https://sigphiai.com/ru/works/alexis-de-tocqueville/democracy-in-america-volume-2.
Ссылка на издание, которое воспроизводит SigPhi: SigPhi — его цифровое воспроизведение, а не издатель. Год издания в метаданных не указан (отсюда «n.d.»), а переводчик указывается, только если он известен.
О чём это
Второй том, 1840 года, где Токвиль оставляет американские учреждения и смотрит, что делает равенство с образом мыслей, чувств и жизни целого народа.
Контекст и история
Первый том, 1835 года, описывает, как устроена американская демократия; этот отвлечённее и тревожнее, и он лучше выдержал время. Здесь и индивидуализм — слово, которое он помог пустить в ход и которое означает не себялюбие, а уход в тесный круг, — и тиранство большинства над мнениями, и соблазн мягкого деспотизма, обращающегося с гражданами как с хорошо ухоженными несовершеннолетними, и наблюдение, что в равном обществе, чем меньше различий остаётся, тем заметнее они делаются. Это тот том, который приводят, когда приводят Токвиля о новейшей демократии.
Редакционный контекст, а не источник для цитирования: в отличие от отрывков самого произведения, эти сведения нельзя проверить по корпусу.
in comprehensiveness. As social bodies advance in civilization, they acquire the knowledge of new facts, and they daily lay hold almost unconsciously of some particular truths. The more truths of this kind a man apprehends, the more general ideas is he naturally led to conceive. A multitude of particular facts cannot be seen separately, without at last discovering the common tie which connects them. Several individuals lead to the perception of the species; several species to that of the genus. Hence the habit and the taste for general ideas will always be greatest amongst a people of ancient cultivation and extensive knowledge. But there are other reasons which impel men to generalize their ideas, or which restrain them from it. The Americans are much more addicted to the use of general ideas than the English, and entertain a much greater relish for them: this appears very singular at first sight, when it is remembered that the two nations have the same origin, that they lived for centuries under the same laws, and that they still incessantly interchange their opinions and their manners. This contrast becomes much more striking still, if we fix our eyes on our own part of the world, and compare together the two most enlightened nations which inhabit it. It would seem as if the mind of the English could only tear itself reluctantly and painfully away from the observation of particular facts, to rise from them to their causes; and that it only generalizes in spite of itself. Amongst the French, on the contrary, the taste for general ideas would seem to have grown to so ardent a passion, that it must be satisfied on every occasion. I am informed, every morning when I wake, that some general and eternal law has just been discovered, which I never heard mentioned before.…