Nicolas Malebranche
Французский философ и богослов (1638–1715), родившийся в Париже с физическим изъяном, ослабившим его здоровье на всю жизнь, рукоположённый в священники Оратории Иисуса в 1664 году, и переживший, по преданию, подлинное интеллектуальное озарение, случайно прочитав «Трактат о человеке» Декарта, — открытие, приведшее его к страстному философскому служению в рамках картезианской традиции, которую он развил самобытно и радикально до пределов, которых сам Декарт, вероятно, не принял бы. Его главный труд, «Разыскание истины» (1674–1675), развивает его самое знаменитое учение — «окказионализм», согласно которому, поскольку ум и тело представляют собой радикально разнородные субстанции (как установил Декарт), ни одна конечная сущность — ни тело, ни ум — не может оказывать подлинного действенного причинного влияния ни на какую другую; единственной истинной причиной любого события является сам Бог, действующий непосредственно в каждый «повод», когда, как кажется, возникает причинная связь между тварями, так что, когда, например, воля решает двинуть рукой, эта воля есть лишь повод, которым пользуется Бог, чтобы непосредственно произвести телесное движение. Из этой радикально теоцентричной метафизики Мальбранш выводит свою не менее знаменитую теорию «видения в Боге»: поскольку чистые, всеобщие идеи не могут находиться ни в конечном уме, ни в материи, люди воспринимают и познают мир не непосредственно, а через вечные идеи, существующие в самом божественном разуме, к которым человеческий ум имеет частичный доступ благодаря божественному озарению, — тезис, вовлёкший его в долгую, знаменитую философскую полемику с Антуаном Арно о природе идей и восприятия. Мальбранш также разработал оригинальную теодицею, примиряющую существование зла с божественной благостью, доказывая, что Бог в своей совершенной мудрости всегда действует через простые, единообразные общие законы, а не через постоянные частные чудеса, так что определённые частные зла суть неизбежная, но рационально оправданная цена наимудрейшего и простейшего из возможных общего порядка. Его синтез картезианства, августинианства и католического богословия оказал заметное влияние на Беркли, Юма и Лейбница, хотя его труды вскоре после его смерти были внесены в Индекс запрещённых книг Католической церкви.